Три беларуски делятся своим опытом переезда с детьми и рассказывают об особенностях материнства за границей.
Яна, живёт c семьёй на Бали
Мы уехали из Беларуси два года назад, в июне 2022 года. Почти полгода мы слонялись по свету: были в Польше, Литве и США. В итоге осели на Бали, и сейчас живем тут. Моему сыну два с половиной года. Он пока маленький, и наши отношения меняются постоянно, развиваются и эволюционируют, ведь, когда мы уезжали, он еще и ходить не умел.
Мне кажется, сыну было адаптироваться проще всего, хотя у меня было много переживаний о том, как он будет справляться с таким количеством новых обстоятельств. Но он, кажется, вполне в порядке. Для него главное, что родители рядом и поддерживают его. Он уже понимает и говорит на индонезийском, английском. У него есть местная няня и друзья, он ходит в сад.
Сложнее всего оказалось принять, что все мои фантазии о том, как сын будет расти в своей прекрасной комнате, обставленной прекрасной мебелью и развивающими игрушками, с регулярными встречами с бабушкой и дедушкой – так и останутся фантазиями:)
В остальном мы как-то быстро научились адаптироваться, сориентировались, во многом благодаря поддержке друзей, которые уже жили на Бали. Образование для нас пока не слишком актуально, и с привычной едой проблем тоже нет: на Бали довольно много экспатов, которые развивают свои гастрономические бизнесы.
Очень непривычно, что здесь нет открытой детской инфраструктуры типа детских площадок, парков. Пытаемся компенсировать это кафешками с детскими уголками и площадками.
Поделюсь своими наблюдениями про балийских мам. Я бы не сказала, что они как-то кардинально от нас отличаются, но большая часть из них все-таки вынуждена работать, и если не на кого оставить малыша — дети с ними. В торговых точках, которые часто расположены прямо перед домом, расстелены коврики, дети там играют, спят, учатся, пока мама работает. В целом, наверное, из-за этого у детей больше свободы – делают, что хотят. Наверное, я бы сравнила отношения родителей к детям на Бали сейчас с тем, как относились наши бабушки к нашим родителям – я имею в виду общие тенденции.
Из забавного — здесь все сразу же прячутся от дождя. Детей спешно забирают, закрывают и укутывают. Когда мой сын иногда бегает под дождем — это вызывает бурное удивление у местных мам.
Материнство – это довольно трудно, и эмиграция только добавляет сложностей. Но у нашего сына есть няня, и это мне заметно помогает. Ведь бабушки до нас не добираются, а без помощи и нескольких часов в день без ребенка я не могу представить, как бы я вывозила.
Еще очень помогают локальные чаты, где можно узнать, что и как: где купить творог, где сделать прививки, купить игрушки.
В эмиграции я немного чувствую недостаток своего круга, друзей: всегда хотелось собирать большие ужины у себя на кухне, и этого пока не хватает.
У нас сложились тёплые отношения с семьёй нашей няни. Они очень любят сына и всегда готовы поддержать и помочь, если что-то нужно. С какими-то другими местными родителями пересечений не так много, да и зачастую они не говорят по-английски.
Но в целом тут к детям относятся очень хорошо, с большой любовью. Чего я никогда не видела среди местных — это чтобы на ребенка кричали, шлепали или как-то публично наказывали.
Энира, мама двоих детей-подростков, живут в Польше
В декабре 2022 года мы с мужем не смогли вернуться в Беларусь: прямо на пути домой я узнала, что в стране нам больше небезопасно. Вскоре мы перевезли и детей.
Переезд они восприняли хорошо и спокойно. Мы сказали им, что больше не можем вернуться, но главное для нас – это быть вместе. На тот момент им было 8 и 11 лет. Это такой средний возраст, и в Беларуси их жизнь ещё не была завязана на многом. Конечно, поехать к маме и папе было для них важнее.
Как только было решено, что мы остаемся в Польше, мы сделали бабушкам визы. Детям мы сказали, что бабушки будут регулярно приезжать. В Беларуси мы жили рядом, и дети каждый день видели бабушек. Вот эти вопросы: а когда будут приезжать бабушки? а как часто? а какие у нас будут друзья? – они задавали, но я не могу сказать, что это была какая-то трагедия.
Сына мы сначала отправили в частную беларусскую школу, потому что для него очень важны оценки. Я волновалась, чтобы он не растерял свою мотивацию. В эту школу пришлось ездить где-то полчаса на общественном транспорте. Первые пару недель мы ездили с ним, потом он стал ездить сам. Это повысило его самостоятельность.
У дочки в классе еще трое детей из Беларуси — это тоже было позитивно. Она пришла в класс без знания польского. И к ней сразу подошли девочки и забрали ее в свою компанию.
Дочка занималась гимнастикой в Минске, и здесь я тоже сразу нашла кружок — это был приоритет почти одновременно с поиском квартиры:) Она немножко волновалась, получится ли у неё понимать тренера, но по итогу её очень тепло приняли. Гимнастика намного круче здесь: хотя это любительский уровень, но у дочки каждый месяц соревнования, ей дарят эти бесконечные призы, подарки — ну, вот это все милое и поддерживающее.
Дети, конечно, очень повзрослели за этот переезд.
Можно сказать, что вся их обычная жизнь — её удалось здесь сохранить. Это было важно.
Они до сих пор иногда говорят, что в Беларуси было бы лучше в каких-то таких моментах. Я спрашиваю: вы счастливы? Отвечают: да, мы счастливы, но, может быть, мы были бы чуть более счастливыми в Беларуси. Но, например, сын отмечает, что уже очень скоро он будет очень рад, что мы переехали, потому что эта страна открыла для него намного больше возможностей.
Лера, растит 3,5-летнего сына в Португалии
Моему единственному сыну три с половиной года. Если честно, я почти не знаю, как растят детей в Беларуси, потому что, мы вынуждены были уехать из дома, когда ему было 9 месяцев. За одну ночь собрали вещи, оставили пустую детскую кроватку и простыни с динозавриками, которые я специально заказывала к его рождению. Мы брали очень мало вещей, потому что уезжали в неизвестность.
Через пару месяцев скитаний по разным странам мы решили улететь в Азию. Это было прекрасное решение, и два с половиной года мы прожили в Индонезии. Мой сын начал говорить на индонезийском, ходить в англоязычный садик и впитывать азиатские традиции. Но случился закон про паспорта и стало понятно, что для проживания надо выбирать более устойчивую страну, где можно сделать документы для дальнейшей жизни.
Мы выбрали Португалию — океан, солнце, морепродукты и фрукты были следующими в списке за главным жирным пунктом: возможность легализоваться.
Мой сын очень адаптивный. Когда он пошел в садик на Бали, ему было два года и четыре месяца. Адаптация в англоязычном саду заняла у него всего день — потом еще про этот удивительный случай всегда рассказывали новым родителям. Но вот в португальском садике, на совершенно незнакомом для него языке, адаптация была гораздо сложнее.
Первые десять дней мой малыш плакал каждое утро. Он говорил, что ему в садике не нравится, что он не хочет туда идти. При этом, воспитатели и дети там очень доброжелательные, помогали ему как могли. Вечером мы забирали его тоже в хорошем настроение, он рассказывал, чем они в садике занимаются и как ему это нравится.
Сейчас он ходит в новый садик уже почти месяц, последние несколько дней не плачет по утрам, и это очень радует. В садике есть несколько украинский детей, который говорят по-русски, так что у них сформировалась своя тусовка.
Мой сын начал называть какие-то выдуманные слова и говорить, что это по-португальски. Думаю, процесс адаптации к новому языку и незнакомым словам пошел. Чтобы его поддержать, я тоже пошла на курсы португальского.
Рядом с нашим домом есть пляж, океан, небольшой, но очень приятный и красивый парк с детской площадкой и буккроссингом. Всего этого нам достаточно для полноценных развлечений. Уже конец сентября, но мы до сих пор плаваем в океане. В Азии сын больше времени проводил в бассейнах, но тут такой возможности нет. Он быстро привык к океанской соленой воде и сейчас может даже нырять без очков и не жаловаться, что щиплет глазки.
Я рада, что мы переехали в Португалию. Тут доброжелательные люди, расслабленная атмосфера, вкусные свежие морепродукты, вкусные фрукты — особенно любим, инжир и виноград.
Также мне нравится, что в Европе легче прививать ребенку какие-то сквозные ценности, потому что тут реализуются разные программы: пандусы, раздельный сбор мусора, уборка за своими собачками на прогулке.
Вторая эмиграция была для нас более осознанной. К ней мы готовились и приложили очень много усилий. Поэтому, мне кажется, она прошла гораздо легче, чем первая. Все таки, когда у тебя есть время подумать, куда ехать, время смириться с переездом, продать вещи, забрать что-то ценное с собой и не торопиться, ощущения совсем другие.
Эмиграция, в любом случае, — это очень тяжело, а с ребенком вдвойне тяжелее. Но я беру пример с сына, который радуется каждому дню своей жизни. Когда он просыпается утром, то говорит: “Сегодня отличный день для новых приключений”.
