Зараз жыве ў Варшаве, Польшча
Уехал я из Беларуси в октябре 2021 года. Ключевая причина моего отъезда была в том, что я никогда не был готов увидеть глаза тех людей, которые могут поступать не по-человечески. То есть я знал, слышал, что есть люди, которые могут пытать, избивать, убивать. А потом оказалось, что я живу среди них. Как в шутливом режиме говорил Остап Бендер, это подорвало мою веру в человечество.
Я был уверен, что моя личность развалится на куски, когда я увижу, что это обычные люди, что у них есть две руки, две ноги, может быть даже обручальное кольцо. Моя личность бы развалилась на куски, а какой она соберется и как мне с ней познакомиться заново… Какая была бы эта личность, боевик с оружием в руках или трус, человек, который просто перестал хотеть чего-то хорошего. В общем, я решил, что надо уезжать.
Я уехал один, оставив жену и двоих детей в Беларуси. У нас был план, что дети закончат учебный год и постепенно подготовятся к отъезду. По прошествии времени я понимаю, что это был правильный подход. Всем сразу уехать было бы тяжелее.
Сначала я приехал в Краков, там уже было много друзей. Но я как-то внутренне не разрешал себе никуда ходить. За три месяца в городе посетил наверное всего два места. Мне казалось, ходить куда-то – это как-то нечестно по отношению к супруге. Мы всё привыкли делать вместе.
После того как началось полномасштабное вторжение в Украину, мы очень быстро решили, что семье нужно выезжать из Беларуси раньше, чем планировали изначально. Ближайшие билеты были в марте.
Я полез покупать билеты и взял три последних в бизнес-классе. На следующий день один билет до Анталии в эконом-классе стоил столько же, сколько я отдал за три бизнес-класса до Грузии. Встретились мы в Грузии, но я знал, что вернемся и будем жить в Кракове. Найти квартиру на отдалении было сложно. Тем более Краков стал вторым крупным городом по пути беженцев из Украины.
И так получилось, что друзья помогли найти квартиру в Варшаве. Поэтому, мы и переехали сюда. Конечно, я говорил всем, что переехали мы сюда надолго. Хотя внутренние чувства продолжали и продолжают торговаться сами с собой, что это ненадолго, что вот-вот будут перемены. Даже сейчас моё сознание не воспринимает эмиграцию как решенную тему.
Хотя, конечно, умом понимаю, что перемещение детей обратно в Беларусь не вернет того уровня комфорта и возвращения к старой жизни. Надо уже тут закончить школу, дети только устроились, освоились с образовательной программой, учат свои предметы на польском. Переучиваться и заново проходить этот путь будет достаточно сложно.
Дом для меня это место, где находится моя семья. Это окружение – и сейчас в первую очередь семейное окружение. Если брать комфорт по месту, то я бы сказал, что дом – это то, к чему привык и где мне хорошо, просто и удобно на бытовом уровне. Это даёт и психологический комфорт. Но я не могу сказать, что в Варшаве я чувствую себя на 100% психологически комфортно. Многое поменялось. Большая часть жизни осталась там.
По субботам я делаю драники. Это очень домашняя штука. У нас в семье каких-то ритуалов, связанных с совместным времяпровождением, не было. Сейчас об этом сильно жалею. Потому что это бы значительно расширило перечень точек, на которые можно опереться, когда что-то в жизни меняешь.
Поэтому я уехал из дома, но еще не приехал домой. Может быть, через какое-то время пойму, что это и был мой дом. Но, как говорится, если ждете лучших времён, то знайте, они уже были. Мои чувства очень хорошо описывает эта фраза: лучшие времена уже прошли.
Часть социальных связей осталась в Беларуси. Лично для меня очень важно сообщество, и там я собирал юридическое сообщество. В Варшаве недавно тоже начал наконец-то собирать юристов на юридические барбекю. Для меня очень важно, что получается это восстановить, люди с активностью отзываются, идут на контакт. Хотя каждый раз это и дополнительные нервы: кто-то не пришел, кто-то заболел, что-то не купил. Но в конце всё равно чувствую себя радостно.
В эмиграции нормальность выключена и она не включается. Это одна из ключевых сложностей эмиграции для меня, что нет ощущения нормальности происходящего в жизни. Это то, что давит, что мешает спокойно смотреть в будущее.
Свободных слотов в голове нет, нужно постоянно очень много всего решать. Ты просто не можешь взять какой-то вопрос и решить, потому что он такой большой, комплексный, непонятно, как к нему подступиться. А у тебя таких больших комплексных вопросов, за которые надо взяться, выше крыши.
Учеба в школе, учеба в техникуме, права поменять, ещё что-то. Такие вот вещи, они забивают все слоты возможностей, а беспокойство никуда не уходит. И вот это, наверное, ключевая штука, что объем тех факторов, которые беспокоят, намного больше тех слотов, которые ты можешь взять.
Это, наверное, самая большая проблема, потому что изобретаешь свою жизнь с нуля. Проживая в Беларуси, ты понимал, примерно, траекторию жизни детей. Ну, естественно, они сами выбирают, но ты понимал, а здесь ты вообще ничего не знаешь.
Конечно, на каждый вопрос можно потратить кучу времени, всё это прочитать, всё это выяснить и иметь какую-то непротиворечивую картину, что и зачем. Но, опять-таки, слотов не хватает на то, чтобы все эти вопросы порешать. По мере созревания вопроса, берёшь раз в месяц какой-нибудь сложный вопрос – и решаешь.
Проживание в Польше сильно изменило отношение к планированию. На примере концертов: тут совершенно нормально, что концерты анонсируются за полгода, а какие-нибудь звезды – вообще за полтора-два года. Надо купить билеты очень быстро, потому что они исчезают. И ты, соответственно, в своем календаре самые дальние даты уже через полгода занимаешь.
Аналогично, например, с теми же врачами.Ты понимаешь, что нет такого, что день в день, неделю в неделю попадешь. Это всегда какие-то очень длинные назначения до полугода. По некоторым я слышал, что даже до года.
Это всё учит планировать. И ты просто понимаешь, что жизнь в эмиграции такой же план, как и твой отпуск, как и твой концерт, как и врач. Вроде ты учишься этому. Но когда начинаешь смотреть по персональному какому-то будущему – например, а что там с пенсией – то становится немного не по себе.
Беларусам и беларускам в вынужденной эмиграции я бы порекомендовал не ориентироваться на чужой успех. Надо понимать, что у всех людей реально своя скорость освобождения этих слотов для решения каких-то проблем, а проблем на самом деле намного больше, чем нормальный человек может себе представить.
Очень сложно пересоздать за несколько лет эмиграции ту жизнь, которую люди строили в Беларуси предыдущие 30-50 лет. И даже речь не о материальном, а о понимании, что за что держится, какие шестерёнки как работают.
Не надо корить себя, что идёшь не по такому плану, который ты себе наметил, или не по тому плану, который ты видишь у других супер-успешных-успехов. Нет, ребятки, это не так немножечко работает, и если ориентироваться на это всё, то жизнь будет казаться очень-очень плохой.
Лучше, конечно, радоваться своим достижениям, и не пытаться даже близко сравнивать себя, достижения своих детей, с какими-то другими. Как поёт Света Бень, со своим сражайся адом и не лезь во ад других. Вот это я, наверное, посоветую: не корить, не ориентироваться, а начинать понимать, что у каждого свой путь, и никто даже близко не представляет, какой он у вас.
